Недоброе имя «Россия»

Да нет, главные причины другие. Но война и вызов — печальные иллюстрации инвестиционного климата, сложившегося в стране усилиями как власти, так и частного бизнеса. Климата, в котором для слова «репутация» остается все меньше места.

Ради справедливости сразу оговорюсь: грузинскую кампанию и ремарки про «Мечел» называют главными двигателями кризиса только самые непримиримые оппозиционеры. Поскольку всем ясно, что на самом деле Россию накрыла общемировая волна: кредитные деньги пересохли, напуганные вселенским обвалом нерезиденты уходили из рисковых активов в родную зеленую наличность, а надутый спекулянтами до $147 за баррель нефтяной пузырь лопнул. На таком фоне и война, и «Мечел» — дело шестнадцатое.

И тем не менее российский рынок перенес минувший год драматичнее прочих. Не будем брать развитые рынки, возьмем братьев по разуму: наложенные друг на друга графики индекса РТС и индекса развивающихся рынков MSCI показывают, что российский рынок отстал от сводного индекса больше чем вдвое, почти на 20 процентных пунктов.

Прошлой осенью, когда российский рынок провалился сильнее других, разницу в глубине провала многие уважаемые люди списывали именно на войну и на доктора. Но вот какое дело: история с доктором рассосалась, с Грузией тоже более-менее утихло, а вот сравнительная картина российского рынка осталась все той же.При очевидной корреляции обоих индексов особенно впечатляет тот факт, что любой негативный чих MSCI отдается на российском рынке более чем заметным падением. А вот бугорки роста в РТС нередко оказывались заметно ниже. То есть российский рынок вообще гораздо лучше отражал плохие новости, чем робкие надежды.

Ну да, конечно, наше правительство весь год прилагало усилия к тому, чтобы дополнительно поссориться с соседями и напугать инвесторов (то газом, то сменой позиции по ВТО, то усилиями главсанврача). Но давайте признаемся: а правительство что, было в этом одиноким среди остальных белых и пушистых отечественных экономических агентов? Это Кровавый Режим заставил основных владельцев ТГК-2 и ТГК-4 изображать в судах ужа на сковороде, отменяя оферты на выкуп миноритариев? Это Режим придумал делистинг «Нутритека»? А Чигиринскому так своеобразно разобраться с деньгами акционеров Sibir Energy тоже в Кремле посоветовали?

Я намеренно не хочу вдаваться здесь в обсуждение того, кто и кого спровоцировал год назад в Грузии, а кто повелся на провокацию. Я ровно так же не хочу лезть в то, каковы были (если были) подводные причины наезда на «Мечел». А уж в отношении ТГК-2 и ТГК-4 я как миноритарий и вовсе эмоционален. И я знаю, что по науке перечисленные эпизоды относятся к разным классам: одни иллюстрируют политический риск, а другие — риск корпоративного управления.

Но мне кажется, что при всем этом помянутые элементы — составные части одной общей картинки. Картинки довольно печальной — про то, что игроков российского рынка перестала заботить их репутация. Она больше не является фактором, о котором надо помнить и на который стоит тратить деньги.

Напомню: еще совсем недавно, в начале 2000-х, фактор репутации заботил многих и инвестиции в него были значительными. Тогда компании объясняли это работой на будущее. В кризис обнаружилось: не до будущего, тут до завтра бы дожить.

Даже стыдно — а уж как скучно! — в очередной раз повторять банальную сентенцию о том, что репутации нарабатываются долго, а разрушаются вмиг. И что обжегшиеся инвесторы долго будут дуть на воду. Эта сентенция давно здесь никого не убеждает. Еще в 2003 году в Кремле на предупреждения по поводу эха от дела ЮКОСа отвечали словами Чубайса: «Инвесторы делятся на две категории — на тех, у кого плохая память, и на тех, у кого памяти нет вовсе».

И действительно, приходят — и сейчас придут: специализирующиеся на Восточной Европе фонды снова фиксируют приток капитала. Но приходят все те же: та знакомая когорта специалистов по региону, которые совсем недавно ушли, а теперь возвращаются. И те крупные компании, которые не могут позволить себе не прийти. Big guys with big balls — крупные парни с большими, извините, яйцами. С крупными парнями вообще полегче: им big balls периодически и в танце мешают, и взять при случае есть за что.

Но только устойчивым поток инвестиций станет, лишь когда Россия наконец перейдет из разряда экзотики в разряд более или менее нормального инструмента. Как, между прочим, уже случилось с некоторыми нашими собратьями по «развивающимся рынкам».

И, кстати, нынешняя рыночная ситуация заставляет инвесторов вглядываться в классы активов пристальнее и отмечать различия между схожими, но все же разными инструментами. Читая свежие инвестиционные обзоры, я с удивлением обнаружил выражение emerging G8 («развивающаяся восьмерка») — Китай, Индия, Индонезия, Корея, Бразилия, Мексика, ЮАР и Турция. А где Россия? Россия в это множество не включена из-за корреляции ее рынка с нефтью при наличии прочих заметных рисков — тех самых, политических и корпоративного управления. То есть рисков того, что тебя кинет либо правительство, либо частник. Поскольку репутацию решили не беречь ни те, ни другие.

Смотрите также: Сводки событий от ополчения. Новости Новороссии.